Читаем без скачивания Архетипы в русских сказках - Светлана Патрушева

состояние, насытиться, соединиться с этим, он забывает про весь остальной окружающий мир. Огненный, ярный огонь творчества и света принимается только для себя, и когда происходит насыщение в полной мере, то в какой-то момент наступает расслабление, что это никто не заберёт. Так, например, Иван-царевич сжигает лягушачью шкуру, потому что решает, что его прекрасная избранница уже его, и никуда не денется.

Наступает самый болезненный момент разлуки с божественным, когда ты уже понял, осознал смысл своей жизни, осознал творчество, осознал «кто ты» в контексте соединения с этой энергией, ты уже понял «куда тебе», и у тебя это забрали. Здесь начинается настоящий путь и герою обычно дается инструкция, что делать дальше. Перед тем, как забирается часть души и уходит божественное, герой получает подсказку, что делать дальше: «А вот теперь ищи меня в тридевятом царстве, грызи железный хлеб». Так дается путь освобождения героя, путь познания внутренней карты реальности. Когда герой проходит тридесятое царство, встречается с Бабой-Ягой, получает дары и советы, когда он не убивает встречающихся на пути животных, даже если очень голоден, когда он спускается под землю, на орле поднимается в небо, речь идет о познании себя, своего мира и своей роли в нем.

В случае с железными хлебами, это же про освобождение, потому что железо, это символ скованности. Это кандалы, которые необходимо снимать.

Свобода возможна только в знании, если ты знаешь, то ты свободен.

Если ты в оковах невежества и непонимания своей вежи, своего пути, куда тебе идти, и кто ты вообще такой, у тебя нет возможности соприкоснуться с божественным, с той частью души, с которой тебе дали чуть-чуть попробовать побыть когда ты был на эмоциональном взлете. После этого начинается момент воспитания себя, прохождения через путь дружбы со всеми своими частями, и их объединение. Это целостность уже на уровне достойном мужа и жены, который поддерживает социум, но и это ещё не конец пути.

Самое интересное начинается, когда герой прошел все свои инициации и возвращается в мир людей со всем приобретенным богатством. Его убивают, забирают все найденные сокровища, и ему необходимо заново трансформироваться, и снова проходить путь любви к человечеству, чтобы всё-таки занять свое место в этом мире.

Мы можем проследить определённый путь движения души человека в сказках, вариации могут быть разные, но всегда есть общая нить.

— Некая трудность.

— Познание себя.

— Взаимодействие с тёмной силой.

— Понимание её сути.

— Победа над ней

— Возвращение.

— Последствия этого возвращения.

— Соединение.

— Потеря.

— Обретение целостности.

— Правление своим царством.

В конце сказки либо герой женится на героине, либо главная героиня обретает своего героя, либо какой-то изначально бедный или непризнанный человек становится царем. Плюс есть еще несколько сюжетов сказок, в которых происходит избавление от горя, от какой-то беды, и в конце все становится хорошо и ресурсно.

Мужская часть, которая символизирует разум, волю, осознанность в человеке, пройдя все испытания и трансформации, соединяется с женской частью, которая символизирует душу, эмоциональность, интуицию, и так человек обретает целостность.

Иногда сказка завершается наказанием, например разрыванием ведьмы, убийством злодея, варением в кипятке, окончательным избавлением от какой-то противной человеку природы. В тот момент, когда тёмная часть сыграла свою роль, ей надо переставать давать внимание. Это и есть «разорвать на части», «раскидать по пространству», чтобы не было повода ещё и ещё раз проходить эти испытания.

В пространстве сказки, кроме героев и событий присутствуют три грани аспекта существования:

жизнь, смерть, и мера между ними, которая является связующей, определяющей, как некий код. Это также прошлое, настоящее и будущее. Это тридесятое царство, три сына, три богатыря.

Число «три», оно волшебное. Есть «хорошо», «плохо» и есть такая нейтральная категория, которая объединяет оба этих значения. Есть закон, когда мы теряем энергию, есть закон, когда мы набираем энергию, а есть момент, когда мы, остаемся при своём, момент задержки дыхания между вдохом и выдохом.

В сказках, если мы говорим про какой-то архетип, какой-то персонаж, какое-то событие, то нужно понимать, что у каждого аспекта, у каждого события в нашей жизни тоже есть три измерения.

Например, в «Старших братьях» мы видим важную функцию, которой наделяют героя братья. Они, как правило, завидуют главному герою — духу, сознанию человека. Старшие братья, это такая древняя надстройка, более старшего порядка, которая требует к себе уважения, и соответственно, если этого не получает, то убивает главного героя. Это «плохо», но в тоже время, если этого не происходит, не происходит и инициации главного героя, и тогда это «хорошо». И мера — это как раз третий вариант, который описывает ситуацию вообще, в целостности, что такое «старшие братья», что это за понятие. Старший брат обычно умный — это правила и законы. Средний — богатый, это часть, которая отвечает за выгоду, баланс, выживание. Однако в мире чувственном, трансперсональном они чаще промахиваются, идут не по нужному пути, пытаются пристроить и присвоить себе дары, полученные младшим братом — душой и творчеством.

ТРЁХМИРЬЕ СКАЗКИ

Меня часто спрашивают: «А это хорошо или плохо? А что это значит?». Когда появляется такой вопрос, это сигнал о том, что сейчас человек готов работать только с одним маленьким аспектом.

Давай разберем, что такое хорошо и плохо на примере сказки «Василиса Премудрая».

Это сказка про мудрость или про женственность? А может это про какую-то волшебную часть? Но это и одно, и другое, и третье как минимум. Так, например, в Василисе, «условно плохое» это её составляющая «лягушка», которая является символом хтонического погружения в трансперсональное бессознательное, где существует потенциальность всего.

«Лягушка», это один из образов плодородности, создания жизни, она сходна со змеёй, с драконом, с рыбой, со всеми существами нижнего мира, которые, если они чрезмерны, уводят от состояния разумности, состояния стержня духа и верхних энергий в состояние беспредельной «просто жизни», которая сама себя поедает неупорядоченно, сама себя восстанавливает. Без верхних миров это дисбаланс. Все три мира нужны, и верхний, и средний, и нижний.

Лягушка-царевна, когда Иван-царевич к ней в болото попадает, говорит: «Если ты меня не возьмёшь, то тут навсегда останешься», и несомненно, герой в опасности. Что хорошего взять в жены жабу? Это страшно, это противно, неприятно, слизь везде, а она ещё требует, возьми меня на ручки, целуй, корми, а это согласись отвратительно. И вот эта её сторона, условно говоря, «плохая».

«Плохо» и то, что Василиса в сказках оставляет свою лягушачью шкуру так, что Иван её находит. А как Василиса попадает к Кощею Бессмертному? Она сама к нему улетает в образе горлинки. Что же здесь «хорошего» для сознания? Это тот самый момент, который называют отрицательной мотивацией, «морковкой сзади», и чтобы выйти из этого состояния, надо теперь сильно напрячься. Это «не очень хорошо», и выводит из состояния баланса. Мало того что на лягушке женился, еще и на смерть приходится идти к Кощею Бессмертному.

Любая фрустрация обеспечивает качественное движение вперед. Если тебе в жизни что-то не нравится, ты начинаешь что-то с этим делать. Любой страх приводит к движению в сторону большей безопасности. Любое столкновение с горем, если ты не залипаешь в нём, а начинаешь искать и использовать в нём ресурсные стороны, приводит к тому, что человек начинает проецировать в мир больше любви и создавать новое, используя свое творческое начало.

Иван отправляется за Лягушкой-Царевной к Кощею без сомнений. Царевна его восхитила, удивила, зацепила чувства, произвела впечатление на его род и вошла в него. Испечь хлеб для батюшки-царя, соткать для него ткань, и сделать это лучше чем другие, означает стать частью этого рода, принять его полностью.

Представляешь, есть у человека мечта глубинная, то чего он страстно желает, и тут появляется какая-то непонятная хтонь* в виде